«Остатки нашего улова съел огромный, в обхват рук, скат»

Наша читательница отправилась порыбачить в Тихом океане. Она рассказала «Газете.Ru» о разнообразии подводного мира и о том, как правильно ловить рыбу на острове Гуам на краю Марианской впадины. Я смотрю на фотографии, сделанные во время рыбалки на траверсе острова Гуам, и заново ощущаю эту волнующую глубину под днищем быстроходного катера, мчащего нас, семью туристов-рыболовов, куда-то в сторону Марианской впадины. До нее мы не добрались, прошли лишь несколько километров из трехсот, отделяющих этот известный всем из уроков географии тектонический желоб от цепочки тихоокеанских островов. Это рыбалка не с берега и даже не с резиновой лодки, где глубина 18 метров, — здесь тысяча метров под килем. От редакции. Обращаем ваше внимание, что тексты, опубликованные в рубрике «Личный опыт», написаны читателями «Газеты.Ru». Редакция не всегда разделяет их точку зрения. Натянутые вдоль бортов катера снасти для троллинга, как провода высоковольтной линии, гудят под морским ветром. Брызги от волны, рассекаемой носом судна, не заставляют ежиться от утренней свежести — это же тропики! И мы ждем, ждем, когда же, когда будет команда капитана крутить ручки спиннингов? Мы идем вдаль от берега уже больше часа. Штурман говорит о 10 километрах, пройденных быстроходным катером. И наконец, наш капитан по имени Дик, потомок племени чаморро, кричит своим гортанным голосом: «Mama! Tashi, tashi!!!» И меня совсем не удивляет, почему он командует мною на русском, а не на языке своих предков или хотя бы на английском. И мама — то есть я — тащу, тащу… Уже минут десять кручу ручку этой катушки, уже натянулась дугой леска спиннинга, она лопнуть готова, а добычи все не видно. Где она, из какой марианской глубины я тащу ее на поверхность? Правая рука уже не крутит, меняю на левую — сила не та! Зову на подмогу сына, а у него тоже клёв! Муж, успевший сделать несколько снимков, тоже бросается к своему спиннингу, и мы все трое крутим, крутим, крутим. Я слежу за леской до того места, где она входит в воду, и, наконец, вижу там белый бурун — это сопротивляется моя добыча, не хочет идти против воли. Но капитан наш — бывалый рыбак, чьи предки со времен Магеллана уже пятьсот лет ловят рыбу в этом районе. Он молниеносно перекидывает снасти, подставляя между ними какое-то приспособление. Леска обвисает, и я вижу в воде возле катера желтую длинную тень и ловкие руки Дика, уже хватающего скользкую рыбу и кидающие ее в ящик со льдом, предусмотрительно заготовленный рядом с дверцей в борту катера. Следом, туда же, добыча сына, потом трофей мужа. Три «махи-махи»! Так зовется эта желтобрюхая красавица метровой длины с черной, с золотистым отливом, полосой по спине. По-научному корифена, а по-чаморрски – «махи-махи». И мы горды, мы счастливы! Капитан поднимает три желтых флажка на мачте яхты: при подходе к пирсу его коллеги издалека увидят, как прошла рыбалка у туристов. А если флаг зеленый, то в ящике тунец, не самая востребованная рыба в этих водах. Мы все еще дрожим от напряжения, мы пытаемся заглянуть в этот пластиковый ящик со льдом, но бьет хвостом наша добыча: захлопни крышку! Кэп решает повернуть назад, семь утра — уже позднее время для рыбалки (мы встали в пять ради этого троллинга). Но момент триумфа, победа над непокорной рыбой не дает нам покоя, и снова наши взоры обращены на лески спиннингов. Ну еще хоть разок! Еще раз натянись, леска, дай почувствовать этот азарт, это волнение, ожидание, страсть! И – да, кэп кричит свое фирменное «Тащи!», сын крутит катушку, муж готов помочь, все больше лески на катушке, метрах в двухстах уже виден остроконечный хвост королевы рыб Тихого океана. Но добыча в последний момент сорвалась. К пирсу мы подошли под одобрительные возгласы местных рыбаков. Знатная добыча, судя по флажкам. Огромным тесаком Дик привычными движениями нарубил тончайшие пластинки сашими из нашей рыбины, разложил на тарелки, поставил чашку с соусом «Киккоман». Вкус только что выловленной из глубины Тихого океана «махи-махи» не сравнится с меню в суши-баре. Здесь вкус мощной волны, многометровой глубины, свободной жизни в океане. Остатки нашего пиршества съел огромный, в обхват рук, скат, привычно прилепившийся к причальной стенке. Он каждый день здесь завтракает, если у туристов сложится рыбалка. А две другие рыбины мы отдали капитану. Зачем они нам в гостинице? Все самые важные ощущения остались там — за десять километров от берега. Если у вас есть история, которой вы бы хотели поделиться с читателями «Газеты.Ru», пишите нам на lo@gazeta.ru.

Добавить комментарий